Из дневника Сергея Федака. Кентавры

Состоялся XII международный фестиваль "Интерлялька". Пять дней в Ужгороде бушевали далеко не детские страсти. Хоть кукольный театр считается зрелищем для детей, но родители смотрят его не менее охотно. Ибо встреча с ним - это возвращение в детство, когда деревья были высокими, мороженое - вкусным, а мир - интересным и загадочным. Это уже потом ты получаешь свой первый срок - десять лет школьного режима (сейчас одиннадцать) с конфискацией кукол. Далее те сроки следуют один за другим, а кукол уже не возвращают. Их пытаются заменить интригами, бутылками, автомобилями или яхтами, но все не то. Поэтому взрослые так нежно любят кукольный театр, это живой музей конфискованных некогда кукол. Там доиграет то, во что не доигрался в детстве. Особенно популярны фестивали, на которые съезжаются десятки неизвестных тебе коллективов, каждый со своим волшебным клубком, ведущий в страну детства.

Хитом этого фестиваля оказалась собственная постановка нашего театра под названием "Коняги". Компьютер сопротивляется от этого слова, хочет исправить его на "лошади", и в этом первая провокация авторов спектакля. А за ней следуют все новые и новые. Премьера состоялась в "прайм-тайм" - воскресным вечером после двухдневного ярмарки. Если раскрасневшаяся у ларьков публика стремилась легенькой развлечения, то она была ошарашена, выходила после спектакля с косыми глазами. Ибо вместо расслабухи ей предложили притчу, шансон, комедию дель арте, клоунаду, пантомиму, немного театра абсурда, массу символов - и все это в одном флаконе.

Некое гадание на картах таро, где каждый вычитывает то свое, глубоко интимное, скрытое в самые дальние закоулки сознания. Спектакль о свободе и ее цене, о смысле жизни, о сложности простых вещей. При желании все можно перевести в двух словах. Жеребенок во время страшной ливни забредает в балагана и скрывается под шатром круглой карусели. Там комфортно и сухо. Жалуется владелицы балагана, что отразилось от табуна. Чтобы не отразилось от карусели, хозяйка сначала привязывает его веревкой, а потом и прибивает копыта. Жеребенок просто балдею, когда карусель кружится в бешеном темпе, а оно с ней. Когда все заканчивается, хочет сойти, но не тут-то было. Вход гривна, выход - два. Точнее его вообще нет.

Как писал поэт, "попался на качели - качайся, чёрт с тобой!" Так карусельное жеребенок и корпели бы до скончания веков, но в конце концов в балагане появляется мальчик, который провоцирует его на побег. Внутри каждого престарелому дяди сидит свой мальчик, который обычно мирно спит, но иногда же выглядывает наружу и начинает безобразничать. Тогда римский император покидает дворец и идет выращивать капусту, британский король Эдуард отказывается от престола ради мезальянса, Березовский летит в Англию, Ходорковский прошкуе в тюрьму (хотя оба могли бы договориться с властью, но внутренний мальчик не дал), Украина выходит из Союза , а Болгария - по социалистическому лагерю (автор пьесы Рада Москова - болгарка).

У каждого своя побег Но какая бегство без погони! Хозяйка и ее свита бросаются вдогонку, но для них погоня тоже превращается в бегство от себя прежних ради новых жизненных сценариев. Это моя вольная интерпретация, каждый же может увидеть там нечто совершенно иное. Потому текста там - как материи в женской купальнике. Но на какое роскошное тело тот купальник натянуто! Язык театра совсем другое, чем язык литературы.

Кроме блестящих артистов (Н. Орешникова, М. Карпенко, А. Пышка) и киевского режиссера М. Яремчука соавтором спектакля художница Леся Лучко. Ее сценография - это фейерверк в детской магазина. Зеркала, летающие бабочки, колокольчики, качалки-карусели, цветы, игрушки, подушки - пока все рассмотришь, спектакль и заканчивается. Актеры непрерывно движутся, появляются каждый раз в другой одежде, сразу и не угадаешь, это тот же персонаж, который был в предыдущей сцене, или уже другой. Говорят "по приколу", это не диалоги, а какие эсэмэски и сплошные смайлики.

Больше говорят движениями и мимикой, чем словами. Паузы достаточно длинны, чтобы зритель переварил хоть часть неожиданностей, которые на него валятся. Хотя загадки все равно остаются. Почему хозяйка в образе то ли утки, то утконоса? Что там делает Белый Клоун, на чьей он стороне? И Тед, и тепе. Кажется, авторы и сами не имеют ответов. Спектакль получился максимально мистической. Писать о театре - все равно что танцевать об архитектуре. Это надо просто видеть.